Литература

Der Untergang des Abendlandes

Закат Европы

Закат Европы

Oswald Spengler. Der Untergang des Abendlandes. Umrisse einer Morphologie der Weltgeschichte.- Verlag C.H.Beck Muenchen.- Ungekuerzte Sonderausgabe in einem Band, 1990.

Шпенглер О. Закат Европы: Очерки морфологии мировой истории. Т.1. Образ и действительность/Пер. с нем. Н.Ф.Гарелин; Авт. комментариев Ю.П.Бубенков и А.П.Дубнов. - Минск: ООО "Поппури", 1998. - 688 с.

Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. Т. 1. Гештальт и действительность/Пер. с нем. и примеч. К.А.Свасьян. - М.: Мысль, 1993. - 667 с.

 

Шпенглер О. Закат Европы: Очерки морфологии мировой истории. Т.2. Всемирно-исторические перспективы/Пер. с нем. С.Э.Борич. - Минск: ООО "Поппури", 1999. - 720 с.

Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. Т. 2. Всемирно-исторические перспективы/Пер. с нем. и примеч. И.И.Маханьков. - М.: Мысль, 1998. - 607 с. [ Рецензия ]

     Кроме "Мысли" и "Поппури" "Закат Европы" выпустили несколько других издательств.

Некоторые другие произведения Освальда Шпенглера

Preussentum und Sozialismus

Neubau des Deutschen Reiches

Jahre der Entscheidung

Oswald Spengler.Preussentum und Sozialismus.- C.H.Beck'sche Verlagsbuchhandlung. Muenchen, 1920.

Oswald Spengler.Neubau des Deutschen Reiches.- C.H.Becksche Verlagsbuchhandlung. Muenchen, 1924.

Oswald Spengler.Jahre der Entscheidung.- C.H.Beck'sche Verlagsbuchhandlung. Muenchen, 1933.

  Reden und Aufsaetze  
 

Oswald Spengler.Reden und Aufsaetze.- C.H.Beck'sche Verlagsbuchhandlung. Muenchen, 1937.

 
 

     Нижеприведенная статья была написана для одного из изданий "книговедческой" периодики в декабре 1998 года, но по независящим от автора причинам осталась неопубликованной. Однако здесь место для нее все-таки нашлось.

"Двойная бухгалтерия" издательства "Мысль"

75 лет не хватило для хорошего перевода одной книги

Андрей Румянцев

Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. 2. Всемирно-исторические перспективы/Пер. с нем. и примеч. И.И.Маханькова. - М.: Мысль, 1998.- 606,[1]c., 1л. портр.

     Оригинальные издания и их переводы порой идут к своим аудиториям совершенно несравнимым темпом. Выход первого и второго тома "Заката Европы" в Германии состоялся в течение 1918-1922 годов. Российскому (а точнее русскоязычному) читателю пришлось ждать продолжения ровно три четверти века. И вот свершилось: в 1998 году издательство "Мысль" в своей серии "Философское наследие" впервые выпустило на русском языке второй том главного произведения Освальда Шпенглера. Первый том был переведен и опубликован в издательстве Л.Д. Френкеля еще в 1923 году.

     Перевод философской (и не только) литературы дело интимное. Поэтому предъявление претензий к сохранению стилистики автора может вызвать неадекватную реакцию. В конце концов Шпенглер - не Ницше, и стиль не является столь значимой частью его произведений. Но с другой стороны он и не профессор от философии, поэтому рутинный пусть и качественный перевод резко снижает ценность издания. К сожалению, к правильности перевода "Всемирно-исторических перспектив" также есть немало вопросов. Причем, чтобы заметить многие несуразности вовсе не надо знать немецкого языка и иметь оригинал книги.

     Российский читатель, например, узнает о том, что "Двойная бухгалтерия есть чистый анализ пространства стоимостей, соотнесенного с координатной системой, точкой отсчета в которой является "фирма". Для отечественного отнюдь не философствующего бизнесмена здесь нет ничего нового: действительно, главное - это "фирма", отсюда и двойная бухгалтерия - один отчет для налоговой инспекции, другой для шефа, а может быть еще и третий для партнеров по бизнесу. Только вот дословно переведенный термин "doppelte Buchfuehrung" означает на русском языке несколько иное, а именно "двойную запись", способ ведения бухгалтерского учета, когда каждая операция записывается дважды - в дебет одного и кредит другого счета, корреспондирующего первому. Фра Лука Пачоли изобрел именно двойную запись, а не двойную бухгалтерию, как утверждается в переводе Маханькова. И именно двойная запись, а не двойная бухгалтерия "открывает нам космос экономического мира", как восхищенно пишет цитируемый Шпенглером немецкий экономист и философ Вернер Зомбарт.

     Более сложным вопросом является смысл понятия "практическая интеллигенция", периодически встречающегося в переводе. Ведь интеллигенция как социальный слой может быть скорее практикующей, или может быть в виду имеется вовсе не интеллигенция? Речь идет о так называемых "ложных друзьях переводчика", когда слово сходно звучащее на разных языках, обозначает разные понятия. Немецкое слово "Intelligenz" имеет своим первым значением "интеллект, разум". Теперь все становится на свои места: "практический разум" - словосочетание вполне знакомое читателю философской литературы. Для сравнения, "kuenstliche Intelligenz" ("kuenstlich" - искусственный) означает не искусственную интеллигенцию, а искусственный интеллект.

     На этом фоне превращение комара ("die Muecke") в мошку выглядит вполне безобидно. А некоторое количество принципиальных смысловых искажений, заметных только при сравнении немецкого и русского текста, по крайней мере не мешают процессу чтения. Справедливости ради заметим, что переводчик несколько раз в своих примечаниях делится сомнениями в корректности предлагаемого им варианта. При ближайшем рассмотрении обнаруживается, что эти вопросы могли бы быть сняты в ходе нескольких бесед с специалистом-носителем языка, например, немецким профессором философии. Действительно качественный перевод такой культовой книги как "Закат Европы" немыслим без этого. Представляется, что практические возможности для этого можно было бы изыскать, в частности получить материальную поддержку для поездки в Германию со стороны какого-либо немецкого фонда.

     "Глубоко символично, что книга выходит в России накануне 3-го тысячелетия, в котором, ее, согласно, автору, ждет необыкновенный взлет...", - указано в аннотации издательства. Понятно, что это должно привлечь отечественных покупателей. Однако после прочтения текста создается впечатление, что шпенглеровские пассажи именно относительно судьбы России наиболее далеки от действительности. Похоже, что знаменитый философ, как и многие немцы, подпал под очарование далекой российской экзотики и сконструировал для себя и читателей "свою Россию". Это наводит на мысль, в какой степени адекватно автор способен отразить суть чужой культуры, на практике не соприкасаясь с ней. Можно утверждать, что Шпенглер в "Закате Европы" мог относительно точно выразить лишь знакомую ему европейскую, и особенно немецкую действительность. Более того, принцип "релятивируй релятиваторов" подводит нас к выводу, что любое историко-философское произведение, которое претендует на всемирную глобальность, должно представлять собой арифметическую сумму работ авторов, принадлежащих соответствующим культурам, возможно с некоей коллективно созданной обобщающей частью.

     И все же, издательство "Мысль" делает очень важное дело, предоставляя российским читателям возможность ознакомиться с мировой классикой философии. Некоторые наблюдения Шпенглера спустя годы не только не утратили своего значения, но и смотрятся так, как будто бы они описывают современный мир. Именно в этом заключается свойство классических произведений - написанные единожды под влиянием конкретно-исторической обстановки, они надолго или навсегда сохраняют свежесть и справедливость мыслей своих авторов. Характерно, что многие немцы не читали работ Шпенглера, хотя его прогнозы начала 20-х годов замечательным образом подтверждаются в современной Германии. Определенную роль кроме позиции страуса, спрятавшего голову в песок, общепринятой в этой стране, играет и то, что Шпенглер считается консервативным мыслителем, одним из тех, кто морально подготовил страну к приходу Гитлера к власти. Правда, при этом забывают, что философ был весьма критически настроен к нацистскому режиму. Возможно, что автор "Заката Европы" сам попал под влияние описанного им противоречия между "человеком духа" и "человеком действия". Теоретически допускаемая "бессовестность" последнего, воплощаясь на практике, способна отвратить от самых объективных учений.