К ВОПРОСУ О ТАКТИКЕ РЕВОЛЮЦИОННЫХ КОММУНИСТОВ В РАМКАХ КПРФ

Сахонько Е.Б.

Февраль 1998 г.


Вступление

В современном политическом спектре существуют партии национального капитала - ЛДПР, ДПР, КПРФ, СПТ, аграрии и т.д. (сюда можно отнести даже баркашевцев). Как видим, в эту категорию входят партии очень широкого спектра от откровенных фашистов до социал-демократов, скрывающихся под маркой коммунистов и еврокоммунистов. С фашистами (и более мягкой их модификацией - ЛДПР) все ясно. Это последовательно буржуазные партии осознанно или неосознанно понимающие, что капитализм в нашей стране только за счет внутренних ресурсов развиваться не способен, и поэтому, делающие ставку на внешнюю экспансию и перекладывающие вину за катаклизмы у нас на инородцев. При этом важно отметить, что свою буржуазную сущность они прикрывают заботой об интересах трудящихся коренной национальности, обещанием построить социализм (или нечто подобное по социальной защищенности) в своей стране за счет трудящихся других стран или народов. Поэтому эти партии находят поддержку с среде, развращенных мелкобуржуазной психологией, трудящихся масс.

Особый интерес для нас представляет анализ партий из этой группы считающих себя коммунистическими или социалистическими и прежде всего КПРФ. КПРФ - крупнейшая из реально существующих и действующих партий - является исключительно неоднородной общественно-политической структурой. В ней можно выделить как минимум три взаимно проникающих слоя:

- во-первых, членская база, перешедшая по наследству КПРФ от КПСС. Это старые коммунисты пенсионеры, организованные с доперестроечных времен в ТПО (что очень облегчило послепутчевое организационное строительство партии). Определенную роль сыграл не только возрастной консерватизм, но и организационный консерватизм, поскольку большая часть интеллигенции вступала в КПСС с большими трудностями, и если при этом не имелось оснований ненавидеть партию, то человеку расставаться с тем, на что затрачено столько усилий было очень сложно, даже не смотря на всю антикоммунистическую пропаганду. Эта наиболее массовая консервативная часть КПРФ имеет очень важное свойство сохраненное со старых времен - некритическое отношение к директивам сверху, полное доверие идеологическим установкам, идущим от ЦК.

- во-вторых, активная сознательная, в основном коммунистически настроенная, часть. Многие из ее представителей начали свою деятельность еще когда КПРФ не была разрешена и работали в различных партиях социалистической ориентации (по нашей классификации) РКРП, РПК и т.д., однако в силу ряда причин объективного и субъективного характера, основная из которых стремление объединиться в сильную единую партию, они перешли в КПРФ. Эта часть представляет собой основной костяк среднего звена активистов партии. Они постоянно борются с основной буржуазной линией руководства КПРФ на пленумах и съездах, наивно надеясь таким образом изменить эту линию, и бурно радуясь, когда им удается изменить хотя бы слово или запятую в программных и руководящих документах. И в конечном итоге получается, что эти честные и достойные коммунисты против своей воли содействуют линии проводимой руководством.

- в-третьих руководство КПРФ, состоящее в большинстве своем из бывшей номенклатуры КПСС и в силу этого не способное подняться до осознания реальных интересов трудового народа. Но при этом они прекрасно понимают и, в результате, выражают интересы национального крупного капитала, того самого директорского корпуса, который оказался в самом худшем (из буржуазных слоев) положении. Надо сказать, что в некоторых сиюминутных тактических моментах интересы крупной национальной буржуазии совпадают с интересами трудящихся. Крупная промышленность для буржуя - это капитал, а для рабочего это место его работы, естественно ни тот ни другой не заинтересованы в уничтожении этих средств производства. С другой стороны крупная промышленность особенно ВПК не может безболезненно приспособиться к рынку, по этому в директорском корпусе так сильна ностальгия по социалистической системе распределения, которая давала определенные гарантии бесперебойной работы предприятий. Хотя свободой распоряжаться произведенным продуктом директора-буржуи никогда не поступятся. Именно в силу тактического совпадения сиюминутных интересов трудящихся и крупного национального капитала, а также легкого розового флера окружающего директорский корпус и оказалось возможным устойчивое существование партии с таким разнородным по своей социальной ориентированности составом. Кроме того, не надо забывать, что национальный капитал, подпитывающий материально верхушку КПРФ, тем самым упрощает ей задачу манипулирования всей партией. Еще одна иллюзия, которая старательно культивируется верхушкой КПРФ, это то, что чем больше количественно компартия, тем для нее лучше. Этот критерий достался нам в наследство от развитого социализма и для периода реставрированного капитализма уже не подходит. История учит, для того чтобы трудящиеся взяли власть, коммунистическая партия должна быть не многочисленной, а в первую очередь идеологически спаянной, партией единомышленников и при этом реально работающих революционеров. Массовость же нужна верхушке КПРФ для того, чтобы пробраться к власти но в рамках буржуазного стоя, то есть парламентским путем, и для них идеал партии - это парламентская партия с размытой идеологией с максимально широким представительством от всех социальных слоев. Хочется обратить внимание на одну историческую аналогию: в Германии в первой четверти двадцатого века социал-демократы были очень сильны и являлись основными выразителями ущемленного в результате Версальского мира крупного национального капитала, в основном ВПК, но этот капитал быстренько изменил эсдекам, как только нашел более рьяного выразителя своих интересов в 33 году. Об этом не надо забывать г-ну Зюганову со товарищи, а настоящие коммунисты в КПРФ должны осознать, что на их плечах к власти может прийти фашизм. Но пока КПРФ объективно работает на стабилизацию буржуазного строя, она всячески пытается смягчить противоречия и представить так, что возможен национальный капитализм с человеческим лицом, хотя бы на определенном переходном этапе развития, исходя при этом из совершенно неверной и опаснейшей посылки, что возможно при посредстве ряда эволюционных этапов, все большего осоциалистичивания вернуть власть трудящимся, применяя при этом мирные методы, и в первую очередь парламентскую борьбу. Как бы о том ни мечтал г-н Зюганов, но мирно буржуазия власть не отдаст, и чем долее длится ее власть, тем сильнее она становится, и тем с большей силой и яростью она будет отбиваться. Чем позже произойдет неминуемый революционный взрыв, тем страшнее он будет. А с другой стороны каждый новый день пребывания буржуазии у власти в нашей стране, исходя из вышесказанного, это дополнительные выкачанные ресурсы, уничтоженные основные средства и производительные силы. Чем дольше буржуи у власти, чему способствует КПРФ, тем в большую разруху погружается страна. КПРФ дает возможность капиталу с большей тщательностью высосать все соки из страны. Поэтому вывод один, чем быстрее созреет революционная ситуация, при этом будет создана (как субъективная предпосылка) революционная коммунистическая партия, и чем быстрее она разрешится победоносной коммунистической революцией, тем будет лучше для страны,. и в плане сохранения хоть каких-то остатков экономики от разграбления, так и в плане меньшей катастрофичности самого революционного процесса.

Коммунистический актив и консервативная масса

Остановимся подробнее на среднем звене активистов партии. Эта партийная прослойка по своим взглядам наиболее коммунистична, а по политическим установкам наиболее радикальна. Однако активность этой прослойки с успехом канализируется верхушкой КПРФ в русло спокойной буржуазной демократии. И делает это верхушка КПРФ, опираясь на основную инертную массу членов партии. Дело в том, что основная масса в партии никакие ни коммунисты, а просто консерваторы, для которых перестроиться со старого образа жизни на новый сразу невозможно, необходим определенный (больший или меньший) период времени. При этом отличие от явных конформистов у них - только некоторая заторможенность, инертность. Надо сказать, что наличие таких консервативных слоев вполне естественно в любые переломные моменты истории, и в зависимости от направленности перемен (прогресс - регресс, революция - контрреволюция), консерваторы выполняют положительную или отрицательную роль. В начале буржуазной реставрации заслуги консервативной массы в попытках предотвратить процесс капитализации России, были необычайно высокими. Но по мере победы буржуазного строя, стало проявляться отрицательное влияние этой массы на коммунистическое движение.

Во-первых, поскольку консервативный импульс в условиях победы капитализма не мог быть реализован, для консервативной массы, для ее стабильного существования должны быть выработаны некоторые компенсаторные механизмы. Роль таких механизмов сыграла КПРФ и другие оппозиционные организации, в рамках которых (обществах любителей социализма), консервативно настроенные, обыватели смогли получить удовлетворение своим ностальгическим потребностям, в виде выполнения некоторого набора присущих прошлому времени обрядов (собрания, демонстрации, партбилеты и т.п.). При этом центр тяжести в парторганизациях с реальной деятельности, по мере стабилизации в стране, стал смещаться в сторону обрядовости. А поскольку основными массовиками-затейниками в этих обществах любителей социализма должны были выступать представители среднего партийного слоя (в большинстве своем настроенные коммунистически, а не ностальгически), то ему некогда заниматься рабочим движением, коммунистической теорией и революционной практикой.

Во-вторых, консерваторы - это всего лишь заторможенные конформисты. Для их приспособления к существующему режиму требуется длительное время, но оно неизбежно идет, и консерваторы постепенно интегрируются в существующее общественное устройство. Они все более и более принимают процедуры, правила игры и обряды существующего строя. То есть первоначальная деятельность, направленная на недопущение капиталистической контрреволюции, восстановление социализма, постепенно переходит в выполнение некоторых ностальгических обрядов, и, в конечном счете, трансформируется в политическую деятельность в рамках буржуазной демократии, что работает уже не на свержение капитализма, а на его стабилизацию. Естественно, что среднее звено активистов, должно наступить на горло собственной песне, и подчиниться консервативному давлению массы снизу, и руководящим указаниям, явно выражающим интересы национальной буржуазии, кпрфовской верхушки. Как мы видим, настоящие коммунисты в КПРФ связаны по рукам и ногам и объективно работают на укрепление буржуазного строя.

В-третьих, еще одна опасность консерватизма в том, что консерваторы, приспособившись наконец к новым буржуазным условиям, при их сломе начнут также упираться как и при сломе социализма, то есть они могут стать наиболее опасными врагами настоящих коммунистов.

О возможности самоорганизации коммунистов в рамках КПРФ

Так что же такое КПРФ? С коммунистическими партиями ее сближает только два качества: первое - наличие слова коммунизм в названии и программе, и второе - наличие прослойки активистов считающих себя коммунистами, и место которых в настоящей коммунистической партии. А по всем остальным параметрам это нормальная буржуазная партия, которая борется исключительно за внутрисистемные изменения, выступая против изменения буржуазного строя (системы).

Принципиальное различие между буржуазной и коммунистической партией при капитализме в том, что буржуазная партия стремится к изменениям внутри буржуазной системы, в интересах отдельных группировок правящего класса, а коммунистическая ставит своей целью - изменение системы общественных отношений, с буржуазных на социалистические (коммунистические). Соответственно, и строение этих партий должно быть различным: буржуазная должна быть максимально широкой, с размытой идеологией, удобоваримой, или, как минимум, не отталкивающей для основной массы электората, чтобы обеспечить руководство государством посредством буржуазно-демократических процедур. Этим требованиям все больше и больше отвечает КПРФ. Коммунистическая партия напротив должна быть идейно монолитной (хотя бы в рамках основной установки на свержение буржуазии).

И здесь происходит занятная штука: коммунисты-активисты экстраполируют представления о коммунистической партии на КПРФ, и пытаются свято блюсти идейное и организационное единство партии, а пробуржуазная верхушка наоборот настежь открыта плюрализму, понимая КПРФ, как буржуазную партию.

Если же настоящие коммунисты в КПРФ объективно оценят ситуацию и осознают, что КПРФ буржуазная партия, то им придется кардинально изменить свою тактику. В буржуазных партиях наличие фракций, крыльев, группировок явление вполне нормальное и даже необходимое, ибо благодаря этому привлекаются дополнительные группы электората. К примеру, в лейбористской партии Великобритании есть вполне коммунистические, явно и неявно выделенные, группы.

Однако такому осознанию мешает еще одно обстоятельство - это иллюзия, что при помощи внутри партийной борьбы, в рамках устава, используя демократические процедуры, буржуазную КПРФ можно преобразовать в коммунистическую. А это объективно невозможно по следующим причинам:

- основная консервативная членская масса уже не заинтересована в кардинальных изменениях социального строя (то как она эволюционировала в этом направлении описано выше);

- верхушка окончательно интегрировалась во власть и для достижения еще большего благополучия ей вредны резкие движения;

- исходя из вышесказанного коммунисты-активисты в КПРФ оказываются в явном меньшинстве, и даже при самом благоприятном для них стечении обстоятельств, через демократические процедуры, им трудно чего-то добиться, а учитывая длительный парт-номенклатурный опыт верхушки, задача преобразования КПРФ в коммунистическую партию оказывается просто утопичной.

Итак, какова должна быть тактика коммунистов в буржуазной КПРФ?

Сила коммунистов в организованности. Однако, как мы уже указывали, организация их в рамках буржуазной партии вызывает обратный эффект: коммунисты связываются по рукам и ногам некоммунистическими обязанностями, и работают в интересах буржуазии.

Поэтому вывод один: даже в рамках буржуазной партии (что на данном этапе пока неизбежно) коммунисты должны быть объединены в коммунистическую организацию. Это может быть левое крыло, платформа, фракция. При этом не надо страдать ложной стыдливостью, и боязнью фракционности. Верхушка-то особенно не краснеет, когда проводит антикоммунистический курс от имени коммунистов. При этом они не пойдут на конфликт, потому что побоятся потерять часть электората в случае ухода коммунистического актива из КПРФ. И для коммунистов пока такое нахождение в буржуазной партии вполне приемлемо, пока временные тактические интересы национальной буржуазии и трудящихся совпадают.

На основную страницу